Роберт Фрост «На болоте»

В ту пору я был совсем молодым,
Наш дом обветшалый стоял у болота,
И бледной фатой вечереющий дым
Стелился во тьме по кочкам седым,
А топи всё звали кого-то.

Какие растут на болотах цветы! —
У разных соцветий — разные лица,
И легко голоса различаешь ты,
Когда в твою комнату из темноты
Белёсый туман струится.

Они проникают сквозь камыши,
Голоса туманные эти,
И шепчут в полночной гулкой тиши
О тысячах тайн одинокой души,
Пока наконец, на рассвете,

Последний цветок не остудит роса,
И они ускользают в тот мир непохожий,
Где птичьи рождаются голоса,
Где цветок нерождённый скрывают леса,
Где цветы и птицы — одно и то же.

С тех пор догадался я, почему
У цветка есть запах, у птицы — трели,
Нет, не зря в сыром, туманном дыму
Я подолгу вглядывался во тьму,
Где на певчем болоте огни горели.

Перевод Р.Дубровкина
In a Vale

When I was young, we dwelt in a vale
By a misty fen that rang all night,
And thus it was the maidens pale
I knew so well, whose garments trail
Across the reeds to a window light.

The fen had every kind of bloom,
And for every kind there was a face,
And a voice that has sounded in my room
Across the sill from the outer gloom.
Each came singly unto her place,

But all came every night with the mist;
And often they brought so much to say
Of things of moments to which, they wist,
One so lonely was fain to list,
That the stars were almost faded away

Before the last went, heavy with dew,
Back to the place from which she came—
Where the bird was before it flew,
Where the flower was before it grew,
Where bird and flower were one and the same.

And thus it is I know so well
Why the flower has odor, the bird has song.
You have only to ask me, and I can tell.
No, not vainly there did I dwell,
Nor vainly listen all the night long.