Эдуард Асадов «Женский секрет»

У женщин недолго живут секреты.
Что правда, то правда. Но есть секрет,
Где женщина твёрже алмаза. Это:
Сколько женщине лет?!

Она охотней пройдёт сквозь пламя
Иль ступит ногою на хрупкий лёд,
Скорее в клетку войдёт со львами,
Чем возраст свой правильно назовёт.

И если задумал бы, может статься,
Даже лукавейший Сатана
В возрасте женщины разобраться,
То плюнул и начал бы заикаться.
Картина была бы всегда одна:

В розовой юности между женщиной
И возрастом разных её бумаг
Нету ни щёлки, ни даже трещины.
Всё одинаково: шаг в шаг.

Затем происходит процесс такой
(Нет, нет же! Совсем без её старания!):
Вдруг появляется "отставание",
Так сказать, "маленький разнобой"...

Паспорт всё так же идёт вперёд,
А женщину вроде вперёд не тянет:
То на год от паспорта отстаёт,
А то переждёт и на два отстанет...

И надо сказать, что в таком пути
Она всё больше преуспевает.
И где-то годам уже к тридцати,
Смотришь, трёх лет уже не найти,
Ну словно бы ветром их выметает.

И тут, конечно же, не поможет
С любыми цифрами разговор.
Самый дотошнейший ревизор
Умрёт, а найти ничего не сможет!

А дальше ни сердце и ни рука
Совсем уж от скупости не страдают.
И вот годам уже к сорока
Целых пять лет, хохотнув слегка,
Загадочным образом исчезают...

Сорок! Таинственная черта.
Тут всякий обычный подсчёт кончается,
Ибо какие б ни шли года,
Но только женщине никогда
Больше, чем сорок, не исполняется!

Пусть время куда-то вперёд стремится
И паспорт, сутулясь, бредёт во тьму,
Женщине всё это ни к чему.
Женщине будет всегда "за тридцать"...

И, веруя в вечный пожар весны,
Женщины в битвах не отступают.
"Техника" нынче вокруг такая,
Что ни морщинки, ни седины!

И я никакой не анкетой мерю
У женщин прожитые года.
Бумажки - сущая ерунда,
Я женской душе и поступкам верю.

Женщины долго ещё хороши,
В то время как цифры бледнеют раньше.
Паспорт, конечно, намного старше,
Ибо у паспорта нет души!

А если вдруг кто-то, хотя б тайком,
Скажет, что может увянуть женщина,
Плюньте в глаза ему, дайте затрещину
И назовите клеветником!