Джордж Гордон Байрон «Нет, не хочу ни горьких слов...»

1

Нет, не хочу ни горьких слов,
Ни слов, ласкавших прежде слух!
Бегу от этих берегов
И навсегда к их песням глух.
Те звуки рождены в былом,
И воскрешать его — нет сил.
Забыть, не вспоминать о том,
Каким я стал, каким я был!

2

Их пел волшебный голос тот,
Но так давно умолкнул он,
И мне слышнее что ни год
В них скорбный погребальный звон.
Да, Тирза, да, в них образ твой,
Но ты мертва, мертва, — с тех пор
Где сердцу был созвучный строй,
Там для него нестройный хор.

3

Всё смолкло! Но звучит опять
Тот голос — эхо лучших дней.
Я не хочу ему внимать,
Он умер, умер вместе с ней.
Но вдруг мне снится вновь: жива!
Я слышу речь её во сне.
Проснусь — хочу понять слова,
Но внемлю мёртвой тишине.

4

О Тирза, явь ли то иль сон,
Ты стала для меня Мечтой —
Ушедшей вдаль, за небосклон,
Звездой над зыбкой глубиной.
И кто сквозь горе и беду
Шагает, бурями гоним,
Тот помнит яркую звезду,
В ночи сиявшую над ним.

Перевод В.Левика
Away, away, ye Notes of Woe!

Away, away, ye notes of woe!
Be silent, thou once soothing strain,
Or I must flee from hence, for, oh!
I dare not trust those sounds again.
To me they speak of brighter days—
But lull the chords, for now, alas!
I must not think, I may not gaze
On what I am, on what I was.

The voice that made those sounds more sweet
Is hush'd, and all their charms are fled;
And now their softest notes repeat
A dirge, an anthem o'er the dead!
Yes, Thyrza! yes, they breathe of thee,
Beloved dust! since dust thou art;
And all that once was harmony
Is worse than discord to my heart!

'T is silent all!—but on my ear
The well-remember'd echoes thrill;
I hear a voice I would not hear,
A voice that now might well be still:
Yet oft my doubting soul 't will shake;
Even slumber owns its gentle tone,
Till consciousness will vainly wake
To listen, though the dream be flown.

Sweet Thyrza! waking as in sleep,
Thou art but now a lovely dream—
A star that trembled o'er the deep,
Then turn'd from earth its tender beam.
But he who through life's dreary way
Must pass, when heaven is veil'd in wrath,
Will long lament the vanish'd ray
That scatter'd gladness o'er his path.