Чарльз Буковски «в темноту и на свет»

моей жене нравятся кинотеатры, воздушная кукуруза и прохладительные напитки,
усаживание на места, она испытывает детский восторг от
этого, и я рад за неё - но на самом же деле, я сам, должно быть,
откуда-то не отсюда, я, должно быть, кротом был в другой
жизни, чем-то, что закапывалось и пряталось в одиночку:
другие люди, сгрудившиеся на сиденьях и далеко, и близко, передают мне
чувства, которые мне не нравятся; это глупо, быть может, но так оно и
есть; а затем -
темнота и за ней -
гигантские человеческие лица, тела, шевелящиеся по экрану, они
говорят, а мы
слушаем.

на сотню кино есть одно стоящее, одно хорошее
а девяносто восемь - паршивые.
большинство фильмов начинается плохо и постепенно становится
ещё хуже;
если можешь поверить действиям и речи
персонажей
то сможешь даже поверить, что попкорн, который жуёшь, тоже
имеет некое
значение.
(ну, возможно, люди смотрят столько фильмов,
что когда, наконец, увидят кино не такое
паршивое, как остальные, то считают его
выдающимся. Премия Академии означает, что ты воняешь не
так сильно, как твой собрат.)

кино заканчивается, и мы выходим на улицу, идём
к машине; "что ж," говорит моя жена, "кино не настолько
хорошее, как говорили."
"нет," отвечаю я, "не настолько."

"хотя там были неплохие места," говорит она.
"ага," отвечаю я.

мы подходим к машине, влезаем, и я везу нас из
этой части города; мы оглядываемся в ночи;
ночь выглядит неплохо.

"есть хочешь?" спрашивает она.

"да. а ты?"

мы останавливаемся у светофора; я наблюдаю за красным светом;
просто слопал бы этот красный свет - всё, что угодно, слопал бы, всё, что
угодно, лишь бы наполнить эту пустоту; миллионы долларов истрачены на то, чтобы создать
нечто более ужасное, нежели реальные жизни
большинства живых существ; человеку никогда не следует быть вынужденным платить
за вход в ад.

зажёгся зелёный, и мы сбежали
вперёд.

Перевод М.Немцова
in and out of the dark

my wife likes movie houses, the popcorn and soft drinks, the
settling into seats, she finds a child's delight in
this and I am happy for her - but really, I myself, I must have
come from another place, I must have been a mole in another
life, something that burrowed and hid alone:
the other people crowded in the seats, near and far, give me
feelings that I dislike; it's stupid, maybe, but there it
is; and then
there's the darkness and then the
giant human faces, bodies, that move about on the screen, they
speak and we
listen.

of one hundred movies there's one that's fair, one that's good
and ninety eight that are very bad.
most movies start badly and steadily get
worse;
if you can believe the actions and speech of the
characters
you might even believe that the popcorn you chew also
has a meaning of
sorts.
(well, it might be that people see so many movies
that when they finally see one not
so bad as the others, they think it's
great. an Academy Award means that you don't stink
quite as much as your cousin.)

the movie ends and we are out in the street, moving
toward the car; "well," says my wife, "it wasn't as
good as they say."
"no," I say, "it wasn't."

"there were a few good parts, though," she replies.
"yeah," I answer.

we are at the car, get in, then I am driving us out
of that part of town; we look around at the night;
the night looks good.

"you hungry?" she asks.

"yes. you?"

we stop at a signal; I watch the red light;
I could eat that red light - anything, anything at
all to fill the void; millions of dollars spent to create
something more terrible then the actual lives of
most living things; one should never have to pay an
admission to hell.

the light changes and we escape,
forward.