Андрей Белый «Карма»

Н.А. Григоровой

1

Мне грустно... Подожди... Рояль,
Как будто торопясь и споря,
Приоткрывает окна в даль
Грозой волнуемого моря.

И мне, мелькая мимо, дни
Напоминают пенной сменой,
Что мы - мгновенные огни -
Летим развеянною пеной.

Воздушно брызжут дишканты
В далёкий берег прежней песней.
И над роялем смотришь ты
Неотразимей и чудесней.

Твои огромные глаза!
Твои холодные объятья!
Но - незабытая гроза -
Твоё чернеющее платье.

2

Мы - роковые глубины,
Глухонемые ураганы, -
Упали в хлынувшие сны,
В тысячелетние туманы.

И было бешенство огней
В водоворотах белой пены.
И - возникали беги дней,
Существований перемены.

Мы были - сумеречной мглой,
Мы будем - пламенные духи.
Миров испепелённый слой
Живёт в моём проросшем слухе.

3

И знаю я: во мгле миров
Ты - злая, лающая Парка,
В лесу пугающая сов,
Меня лобзающая жарко.

Ты - изливала надо мной
Свои бормочущие были
Под фосфорической луной,
Серея вретищем из пыли.

Ты, возникая из углов,
Тянулась тенью чернорогой,
Подняв мышиный шорох слов
Над буквой рукописи строгой.

И я безумствовал в ночи
С тысячелетнею старухой;
И пели лунные лучи
В моё расширенное ухо.

4

Летучим фосфором валы
Нам освещают окна дома.
Я вижу молнии из мглы.
И - морок мраморного грома.

Твоё лучистое кольцо
Блеснёт над матовою гаммой;
И - ночи веют мне в лицо
Своею чёрной орифламмой.

И - возникают беги дней,
Существований перемены,
Как брызги бешеных огней
В водоворотах белой пены.

И знаю я: во мгле миров
Ты - злая, лающая Парка,
В лесу пугающая сов,
Меня лобзающая жарко.

5

Приемлю молча жребий свой,
Поняв душою безглагольной
И моря рокот роковой,
И жизни подвиг подневольный.