Венедикт Ерофеев «Москва — Петушки»

— А... Разрешите задать вам один пустяшный вопрос, — сказал черноусый сквозь зубы и сквозь бутерброд в усах; он опять обращался только ко мне. — Разрешите спросить: отчего это в глазах у вас столько грусти?.. Разве можно грустить, имея такие познания! Можно подумать — вы с утра ничего не пили!
Я даже обиделся: — Как, то есть, ничего! И разве это грусть? Это просто замутнённость глаз...