Харуки Мураками «Норвежский лес»

— Ты правда меня никогда не забудешь? — тихо, почти шёпотом спросила она.
— Никогда, — ответил я. — Мне тебя незачем забывать.
И всё же память продолжала неумолимо стираться. Я забыл уже очень многое. Но, извлекая то, что ещё помню, я пишу. Иногда мне становится очень тревожно. Я вдруг спрашиваю себя: а не потерял ли я уже что-нибудь важное? Внутри у меня есть тёмное место, которое можно назвать задворками памяти. Вот я и думаю: не превратились ли там какие-то важные воспоминания в мягкую грязь?
<...>
Память о Наоко стиралась всё больше, а её саму я понимал глубже и глубже. Сейчас мне ясно, почему она попросила: «Не забывай меня!» Естественно, знала об этой причине и она сама. Знала, что память постепенно сотрётся во мне. Поэтому Наоко ничего не оставалось — только потребовать у меня: «Никогда не забывай! Помни обо мне!»
И мне становится невыносимо грустно. Почему? Потому что она меня даже не любила.