Рюрик Ивнев «Падение любви»

Даже буквам в клетчатой тетради
Тесно, тесно до мозга костей,
Что ж сказать о диком маскараде
Жизнью необузданных страстей.

Ведь корсар не знал о телеграфе,
Точно воду, проливая кровь,
А теперь, чтоб не нарушить график,
Кто не сбросит с плеч своих любовь.

Деловод не может быть корсаром,
Для него святыня — «ундервуд».
И не пронесётся страсть пожаром,
Потому что страсть грехом зовут.

Вместе с призраком средневековым
Страсть ушла к прадедовским гробам.
Не кощунство ль называть любовью
Краску губ, прилипшую к губам.

Рождены без страстного порыва,
Размножаясь точно муравьи,
Люди всё же с грустью молчаливой,
Как сквозь сон, тоскуют по любви.

Но не той, что скроена, как платье,
Но не той, что взвешена, как куль,
По стихийно сорванным объятьям,
Что судят не горькую тоску.

Не тоску по траурному морю,
По едва раскрывшимся цветам,
По блаженству сказочного горя,
По библейским вымыслам-китам.

И уходит от дворцов и хижин,
Полуанемичных площадей
Страсть, всё ниже опускаясь, ниже,
До сердец отверженных людей.

Здесь она нашла себе раздолье,
Здесь она нашла приют себе.
Вместо песни — воет волком в поле,
Завывает с бурями в трубе.

И бредёт пустыней вне закона,
Позабыв, что значит слово — дом,
Осеняя падших и влюблённых
Ярче звёзд сверкающим клеймом.

Добавлено: 
Cranby