Роберт Рождественский «Автомобильное кладбище под Вашингтоном»

Поле затяжной войны.
Смешанный с песком бензин.
Скрученные табуны
мёртвых
лошадиных сил.
Бурей разметённый лес
в надвигающейся тьме.
Это символ твой,
прогресс?
Или
памятник чуме?

Той, которая парадно
завораживает дали.
Сквозь стальные зубы века
хлещет посвист:
"Р-р-разойдись!.."
Продолженье рук - баранка,
продолженье ног - педали,
и упругое сиденье -
продолженье ягодиц!
Свет безумья
на челе.
Колыхание жары.
И -
на ветровом стекле -
кляксы
бывшей мошкары.
Жадный зов,
истошный зов
расстояний,
а потом -
только скрежет тормозов!
Только -
брызги на бетон!..

Киса,
стюардесса компании ПАНАМ,
кто ж тебя из города
за полночь погнал?
Как это он держится
на одном крыле,
твой никелированный
синий
"шевроле"?..

Это - кладбище машин.
Как огромная постель.
Змеи
вырванных пружин.
Свалка
бывших скоростей.
Двести
сомкнутых рядов.
Свой порядок.
Свой ранжир.
Это -
кладбище машин.
Кладбище,
где нет цветов...

Бывший подарок
бывшему сыну -
"Альфа-Ромео"!
Ах как создание это
на поворотах ревело!
Реяло,
радовало,
растворяло,
рушило в Лету...
...Альфа-Ромео
больше не встретит
Альфа-Джульетту...

Можно подойти,
проверить.
Тронуть ржавые ремни...
Это
выставка трофеев.
Непонятно,
чьи они...

Может,
зря мы так спешим,
зря несёмся каждый день
мимо кладбища
машин.
Мимо кладбища
людей.