Мигель де Сервантес «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» - цитаты из книги

Неужели вы решитесь сказать, что это пустое и праздное занятие - странствовать по свету, убегая от мирских утех и стремясь сквозь сквозь тысячи тяжких испытаний достичь бессмертия? Если бы меня назвал олухом благородный рыцарь или уважаемый вельможа, я бы почёл это за несмываемое оскорбление. Но если меня называет безумцем книжник, никогда не ходивший по стезям рыцарства, - я гроша не дам за его болтовню. Я - рыцарь и, если на то будет милость Всевышнего, умру рыцарем. Одни люди идут по пути надменного честолюбия, другие - по путям низкого и рабского ласкательства, третьи - по дороге обмана и лицемерия, четвёртые - по стезе истинной веры. Я же, руководимый своей звездой, иду по узкой тропе странствующего рыцарства, ради которой я презрел мирские блага, но не презрел чести.

Между обидой и оскорблением, как известно вашей милости, большая разница. Оскорбить может только тот, кто может подкрепить силой нанесённое оскорбление, а обида может исходить от кого угодно, не заключая в себе оскорбления.

Горы воспитывают учёных, а пастушеские хижины таят в себе философов.

Я, сеньор цирюльник, не Нептун и не бог вод. Да и за умника я себя не выдаю. Я стараюсь лишь объяснить людям, как опрометчиво поступают они, не желая возродить на земле счастливые времена странствующего рыцарства. Должно быть, наш испорченный век недостоин наслаждаться столь великим благом, каким наслаждались в те счастливые времена, когда странствующие рыцари брали на себя великую задачу защищать королевства, охранять дев, помогать сирым и убогим, наказывать гордецов и награждать кротких. А нынешние рыцари сменили бранную кольчугу на шелка и бархат.

- Знай, Санчо, - тому, кто хочет возвыситься над другими, и терпеть приходится больше. Все грозные бури, обрушивавшиеся на нас, свидетельствуют о том, что скоро небо прояснится и дела наши пойдут хорошо. Ибо ни горе, ни радость не бывают слишком продолжительны, а из этого следует, что если горе тянулось долго, то, значит, радость уже близка.

Если не умеешь пользоваться счастьем, когда оно плывёт тебе в руки, не жалуйся, когда оно пройдёт мимо.

Нет горя, которое бы не забылось, и боли, которую бы не исцелила смерть.

Если придёт к тебе просить правосудия красивая женщина, отврати глаза от её слёз и слух твой от её стонов. И со строгим беспристрастием разбери её просьбу. Иначе разум твой утонет в слезах, а твоя добродетель в её стонах.

- В этой философии я ничего не смыслю, - ответил Санчо, - а знаю только, что, будь у меня графство, я сумел бы с ним управиться. Ведь у меня столько же души, сколько у всякого, а тела даже больше, чем у многих. Так я и буду управлять своими владениями не хуже всякого короля; а управляя, буду делать всё, что мне вздумается, буду жить в своё удовольствие; а живя в своё удовольствие, буду всем доволен, а кто всем доволен, тому нечего желать; а раз нечего желать, так и дело с концом.

Я человек себе на уме и капельку плутоват, но всё это прикрыто широким плащом моего природного простодушия.

Поистине слеп тот человек, который даже сквозь сито ничего не видит.

Две вещи особенно возбуждают любовь: совершенная красота и добрая слава.

Судьба в невзгодах всегда оставляет лазейку, чтобы можно было выбраться из них.