Поэзия

Иосиф Бродский «Собрание стихотворений» - цитаты из книги

Бог
как раз тогда подстраивает встречу,
когда мы, в центре завершив дела,
уже бредём по пустырю с добычей,
навеки уходя из этих мест,
чтоб больше никогда не возвращаться.

«По дороге на Скирос»

Изучать философию следует, в лучшем случае,
после пятидесяти. Выстраивать модель
общества - и подавно. Сначала следует
научиться готовить суп, жарить - пусть не ловить -
рыбу, делать приличный кофе.

«Выступление в Сорбонне»

Истинная любовь
к мудрости не настаивает на взаимности
и оборачивается не браком
в виде изданного в Гёттингене кирпича,
но безразличием к самому себе,
краской стыда, иногда - элегией.

«Выступление в Сорбонне»

Я сижу у окна. Вспоминаю юность.
Улыбнусь порою, порой отплюнусь.

«Я всегда твердил, что судьба - игра...»

Сначала нужно
научиться терять, нежели приобретать,
ненавидеть себя более, чем тирана,
годами выкладывать за комнату половину
ничтожного жалованья - прежде, чем рассуждать
о торжестве справедливости.

«Выступление в Сорбонне»

Наверно, тем искусство и берёт,
что только уточняет, а не врёт...

«Подсвечник»

Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря.

«Письма римскому другу (из Марциала)»

Я памятник воздвиг себе иной!
К постыдному столетию - спиной.

«Я памятник воздвиг себе иной!..»

Я говорю с тобой, и не моя вина,
если не слышно.

«Послесловие»

Грустно смотреть, как, сыграв отбой,
то, что было самой судьбой
призвано скрасить последний час,
меняется раньше нас.

«Песня пустой веранды»

Навсегда расстаёмся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него - и потом сотри.

«То не Муза воды набирает в рот...»

Город
обычно начинается для тех,
кто в нём живёт, с центральных площадей
и башен.
А для странника - с окраин.

«По дороге на Скирос»

Бог сохраняет всё; особенно - слова
прощенья и любви...

«На столетие Анны Ахматовой»

Что касается звёзд, то они всегда.

«Что касается звёзд, то они всегда...»

Мир больше не тот, что был
прежде, когда в нём царили страх, абажур, фокстрот,
кушетка и комбинация, соль острот.
Кто думал, что их сотрёт,
как резинкой с бумаги усилья карандаша,
время? Никто, ни одна душа.
Однако время, шурша,
сделало именно это.

«Fin de Siecle»

...будущее, увы, уже
настало. Когда человек один,
он в будущем, ибо оно способно
обойтись, в свою очередь, без сверхзвуковых вещей,
обтекаемой формы, свергнутого тирана,
рухнувшей статуи. Когда человек несчастен,
он в будущем.

«Посвящается Джироламо Марчелло»

Говоришь, что все наместники - ворюги?
Но ворюга мне милей, чем кровопийца.

«Письма римскому другу (из Марциала)»

Я не стремлюсь уже
за козырек, за пуговку, за ворот,
за свой сапог, за свой рукав.
Лишь сердце вдруг забьётся, отыскав,
что где-то я пропорот: холод
трясёт его, мне в грудь попав.

«Новые стансы к Августе»

Я сижу в темноте. И она не хуже
в комнате, чем темнота снаружи.

«Я всегда твердил, что судьба - игра...»

Когда так много позади
всего, в особенности - горя,
поддержки чьей-нибудь не жди,
сядь в поезд, высадись у моря.

«С видом на море»

Сумев отгородиться от людей,
я от себя хочу отгородиться.
Не изгородь из тёсаных жердей,
а зеркало тут больше пригодится.

«Сумев отгородиться от людей...»

Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность.

«Я входил вместо дикого зверя в клетку...»

Здесь на холмах, среди пустых небес,
среди дорог, ведущих только в лес,
жизнь отступает от самой себя
и смотрит с изумлением на формы,
шумящие вокруг.

«Новые стансы к Августе»

Горькую судьбу
гордыня не возвысит до улики,
что отошли от образа Творца.
Все будут одинаковы в гробу.
Так будем хоть при жизни разнолики!

«Anno Domini»

Но даже мысль о - как его! - бессмертьи
есть мысль об одиночестве, мой друг.

«Разговор с небожителем»

Страницы