Евгений Замятин «Один»

И поднялось молчание снизу, выросло и расширилось. И стало огромное, как мир, как ужас.
Месяц смотрит бледными глазами и молчит. Темнота стала мёртвой и холодной. Вздрогнули и замерли стены.
И внутри всё замолкло, и стало темно и холодно.
- Динь-дон! - прозвонили тюремные часы и застыли.
И опять раздвинуло молчание свои чёрные, мёртвые крылья и обняло ими всё.