Джек Керуак «Бродяги Дхармы»

Одинокий спуск по оленьей тропе был, пожалуй, самым счастливым моментом всей моей жизни, и, покидая стоянку, я оглянулся, надеясь увидеть в темноте кого-нибудь из оленей, олешков моих, но нет, ничего не видать, и я просто сказал спасибо всему, что осталось наверху. Так мальчишкой бродишь один целый день по лесам и полям, а вечером, по дороге домой, идёшь, не сводя глаз с тропы, шаркаешь ногами, размышляешь, насвистываешь; так, наверно, двести лет назад шли индейские мальчишки за широко шагающими отцами с Русской реки на Шасту, так арабские дети следуют за отцами, отцовской тропой; эта песенка весёлого детского одиночества, шмыганье носом, так девочка везёт домой на санках младшего братца, и оба напевают, бормочут что-то своё, строят рожицы снегу, санному следу, ещё немножко побыть самими собой, прежде чем усесться на кухне и сделать лицо, приличествующее этому миру серьёзности.