Борис Пастернак «Доктор Живаго» - цитаты из книги

Я думаю, я не любил бы тебя так сильно, если бы тебе не на что было жаловаться и не о чем сожалеть. Я не люблю правых, не падавших, не оступавшихся. Их добродетель мертва и малоценна. Красота жизни не открывалась им.

Каждый озабочен проверкою себя на опыте, а люди власти ради басни о собственной непогрешимости всеми силами отворачиваются от правды. Политика ничего не говорит мне. Я не люблю людей, безразличных к истине.

Ночь принесла много непредвиденного. Стало тепло, необычно для такого времени. Моросил бисерный дождь, такой воздушный, что казалось, он не достигал земли, и дымкой водяной пыли расплывался в воздухе. Но это была видимость. Его тёплых, ручьями растекавшихся вод было достаточно, чтобы смыть дочиста снег с земли, которая теперь вся чернела, лоснясь, как от пота.

Я не люблю сочинений, посвящённых целиком философии. По-моему философия должна быть скупою приправой к искусству и жизни. Заниматься ею одною так же странно, как есть один хрен.

Власушка со приятели думает замануть назад золотое старое времячко шампанским и добрыми пожеланиями. Да разве так потерянной любви добиваются? Камни надо ворочать для этого, горы двигать, землю рыть!

Человек в других людях и есть душа человека.

Он понимал, что он пигмей перед чудовищной махиной будущего, боялся его, любил это будущее и втайне им гордился, и в последний раз, как на прощание, жадными глазами вдохновения смотрел на облака и деревья, на людей, идущих по улице, на большой, перемогающийся в несчастиях русский город, и был готов принести себя в жертву, чтобы стало лучше, и ничего не мог.

Язык - родина и вместилище красоты и смысла.

Печку топить это вам не на рояли играть. Надо поучиться.

Спасение не в верности формам, а в освобождении от них.

Бог, конечно, есть. Но если он есть, то он - это я.

И так же разгоняясь всё скорее и скорее, часовой с сильно взятого разбега, стоя отъехал в сторону на длинных свистящих лыжах, и стал уходить по цельному снегу всё дальше и дальше за тощие, как поредевшие волосы, голые зимние кусты. А тропинка, по которой шёл доктор, привела его к только что упомянутой рябине.
Она была наполовину в снегу, наполовину в обмёрзших листьях и ягодах, и простирала две заснеженные ветки вперёд навстречу ему.

...влюбился по недосмотру...

Резкий порывистый ветер нёс низко над землёю рваные клочья туч, чёрные, как хлопья летящей копоти.

Дверь отворит в тёмное закутанная фигура. И обещание её близости, сдержанной, холодной, как светлая ночь севера, ничьей, никому не принадлежащей, подкатит навстречу, как первая волна моря, к которому подбегаешь в темноте по песку берега.

...историческая многовековая усталость.

Каким непоправимым ничтожеством надо быть, чтобы играть в жизни только одну роль, занимать одно лишь место в обществе, значить всего только одно и то же!

Произведения говорят многим: темами, положениями, сюжетами, героями. Но больше всего говорят они присутствием содержащегося в них искусства.

...лингвистическая графомания словесного недержания.

Дети искренни без стеснения и не стыдятся правды, а мы из боязни показаться отсталыми готовы предать самое дорогое, хвалим отталкивающее и поддакиваем непонятному.

С каким-то юношеским, ложно направленным самолюбием он разобиделся на что-то такое в жизни, на что не обижаются. Он стал дуться на ход событий, на историю.

Сознание - яд, средство самоотравления для субъекта, применяющего его на самом себе.

Область чувственного, которая их так волнует, они почему-то называют "пошлостью".

Вечер был сух, как рисунок углём.

Истину ищут только одиночки и порывают со всеми, кто любит её недостаточно.

Страницы